«Научусь-ка я читать! (Азбука в стихах) Е. Благинина

Как читать и обсуждать

«Букварик» не обязательно читать целиком за один раз. Лучше выбирать несколько букв и читать соответствующие стихотворения как самостоятельные маленькие произведения. Некоторые из них смешные, другие похожи на скороговорку, третьи создают настоящий поэтический образ.

При повторном чтении интересно просто послушать, какой звук особенно часто возвращается. Не нужно превращать это в обязательный поиск и подсчёт слов. Дети сами услышат, как в стихотворении про Варю перекликаются «Варя», «варежки», «вечером», «воротилась», а в стихотворении про цыплят словно кудахчет сама строка: «хохлатка», «квохчет», «хворые», «хилые», «хорошохонькие».

Особенно хороши места, где игра со звуком соединяется с образом. Ёлка стоит в «блёстках ледяных» и «тёплых слёзках смоляных»: холодный лёд и тёплая смола оказываются рядом. Когда ломают весенний лёд, «летели клочья от зимы» — лёд становится как будто последними кусками уходящей зимы.

В стихотворении на О звук повторяется почти в каждой строке: окна, Ока, облака, отражение в воде. Здесь можно не только слушать звук, но и представить картину: высокое небо отражается в реке, и облака словно повторяются ещё раз в воде.

Некоторые миниатюры построены как настоящий детский вопрос. «Папа, пони тоже кони?» — не упражнение на букву П, а очень узнаваемое желание ребёнка разобраться в новом слове. Такие вопросы не требуют немедленного педагогического объяснения: можно сначала послушать, что думают сами дети.

Есть и короткие словесные шутки. На букву Ы поэт почти полностью отказывается от сюжета: сова сообщает, что русские слова обычно не начинаются с этой буквы. Для твёрдого и мягкого знаков Благинина тоже находит не искусственные «слова на букву», а слова, внутри которых эти знаки действительно работают.

Некоторые реалии стихотворений сегодняшним детям уже незнакомы. «Октябрята», старый пассажирский самолёт «Ту — сто четырнадцать», школьная форма с фуражкой могут потребовать короткого пояснения или фотографии. Достаточно помочь понять картинку — подробно рассказывать историю каждой вещи во время чтения не нужно.

Так же можно пояснять редкие слова только тогда, когда они мешают пониманию: «жимолость», «гарцевать», «тщедушный», «ялик». Само необычное слово лучше сохранить — именно такие слова делают поэтическую речь богаче обычной разговорной.

Вопросы для обсуждения

• Какое стихотворение хочется произнести ещё раз просто потому, что оно интересно звучит?
• Какие слова особенно часто повторяются в стихотворении про Варю?
• Почему смоляные капли на ёлке названы «тёплыми слёзками»?
• Как можно представить «клочья от зимы»?
• Что отражается в Оке?
• Почему Юльку назвали юлой?
• Что значит «тщедушный щенок»? Каким он стал потом?
• Почему эхо названо обезьянкой?
• Какой звук вы слышите в словах «жужжит», «жимолость», «жук»?
• Какая из миниатюр кажется самой смешной? А какая — самой красивой?
• Какое старое или незнакомое слово захотелось узнать получше?

Возможное продолжение

Можно возвращаться к отдельным стихотворениям тогда, когда соответствующий образ встречается в жизни: к «Ломами лёд ломали мы» — весной, к стихотворению об эхе — когда дети услышат настоящее эхо, к «Ту — сто четырнадцать» — при разговоре о старых самолётах.

Интересно выбирать стихотворения, в которых особенно много слов с одной буквой, и пробовать придумать собственную короткую смешную фразу, где тот же звук будет повторяться. Не обязательно сочинять стихотворение или добиваться рифмы: «Варя везёт велосипед», «Жук жужжит возле жасмина» уже позволяют почувствовать сам принцип звуковой игры.

Если дети заинтересуются старыми предметами и словами из «Букварика», можно отдельно подобрать их изображения и посмотреть, что изменилось со времени написания книги. Но это лучше делать как самостоятельное продолжение, не прерывая поэтическое чтение справками.